ХРОНИКА РЕПРЕССИЙ

ХРОНИКА РЕПРЕССИЙ

   На письменном столе стопкой лежат папки в синих и желтых обложках. Пять, десять, пятнадцать, двадцать три... Это архивные уголовные дела, так называемые политические.

   Возьмем верхнее, полистаем. Выцветшие от времени страницы, малоразборчивый почерк следователя, сухой язык протокола. А вот суть –  “входил в антисоветскую террористическую вредительскую организацию” – и ни одного конкретного факта в подтверждение обвинения. Неторопливо перелистаем ещё одно дело, затем другое. Все то же.

   За каждой папкой – судьба человека, его жизнь и смерть. Невозможно понять, почему мощная государственная машина, в которую входили влиятельные политический сыск, прокуратура, судебные органы, присоединившиеся к ним “особые совещания”, “двойки”, “тройки”, обрушилась всеми своими силами на рабочего, крестьянина, интеллигента, солдата, священника, наконец, просто домохозяйку, – заклеймив их ярлыком “врага народа”. Какой урон или вред могли принести стране  швея, ткачиха, хлебопашец, строитель? Только пользу. Но их взяли под стражу, затем быстрое следствие и суд. И – расстрел, лишение свободы, ссылка... В горькую  хронику выстраиваются пожелтевшие листы следственных дел.

   1920 год  

   Вот папка, которой более 75 лет. Крестьянин Иван Михайлович Сибирев родился в 1863 году в деревне Шапино Ковровского района. Занимался личным хозяйством. 4 ноября 1920 года был арестован Владимирской губернской Чрезвычайной комиссией. Признан виновным и постановлением Коллегии ГубЧК осужден на 1 год принудительных работ условно за то, что 13 июня 1920 года на волостном съезде представителей сельских Советов высказал своё мнение по текущему моменту. В частности, крестьянин сказал, что “Советская власть запретила свободу слова, Красная Армия идет защищать эту власть под штыками коммунистов”.  Этого стало достаточно, чтобы земледелец был арестован и осужден.

   1930 год

   Мария Александровна Забелина родилась в 1894 году в г.Москве, в дворянской семье. Окончила в 1918 году высшие женские курсы. Затем работала в г. Коврове в школе, потом переехала во Владимир и трудилась делопроизводителем в губернском здравотделе. Вышла замуж за известного в городе  врача Александра  Николаевича Забелина, который в 1920 году был репрессирован. Его признали виновным в агитации против Советской власти и осудили к заключению в лагерь принудительных работ на все время гражданской войны. С мая по декабрь 1920 года врач Забелин находился в тюрьме и был освобожден из-под стражи по амнистии, передан в распоряжение губздравотдела с лишением права занимать ответственные должности. В 1922 году А.Н. Забелин умирает от тифа.

   Мария Александровна перенесла свалившееся  на неё горе, а свои знания отдавала людям – работала воспитательницей во Владимирском неврологическом санатории и учительницей во Владимирском рабфаке.

   18 сентября 1930 года М.А .Забелина была арестована, обвинена в том, что “входила в контрреволюционную организацию, установила контрреволюционную связь с белоэмигрантами”. В действительности, М.А. Забелина  переписывалась со своим младшим братом, бывшим царским офицером, эмигрировавшим во Францию и проживавшим в г. Париже.

   Через месяц постановлением “тройки” Ивановской промышленной области М.А. Забелина была осуждена к высшей мере наказания – расстрелу.  Её жизнь оборвалась в 36 лет, 23 октября 1930 года на территории бывшего Рождественского монастыря, что в центре г. Владимира. Похоронена там же.

   1930 год

   Александр Александрович Эрн, родился в 1869 году в г.Смоленске. Дворянин. Закончил  юридический факультет Московского университета. До революции 1917 года работал секретарем Владимирского окружного суда, городским судьей гг. Покрова и Владимира, присяжным поверенным – юрисконсультом государственного и соединенного банков в г. Владимире. Состоял членом партии народной свободы, выбыл в 1917 году ввиду несоответствия программы новому экономическому и политическому строительству.

   После революции работал юрисконсультом Владимирского губземства и губсовнархоза, окружным юрисконсультом Ярославского и Харьковского военных округов, начальником следственного отдела штаба, консультантом НКЮ УССР, старшим инспектором парткома Рабоче-Крестьянской инспекции, юрисконсультом Управления по переустройству Рязанско-Владимирской железной дороги.

   17 сентября 1930 года А.А. Эрн был арестован по обвинению в том, что «проводил активную непримиримую борьбу с Советской властью, принимал участие в контрреволюционной  деятельности в составе контрреволюционной белогвардейской организации “Спасение Родины и революции”, субсидируя последнюю от Владимирского комитета кадетской  партии».

   По постановлению “тройки” при полномочном представительстве ОГПУ по Ивановской промышленной области от 19 октября 1930 года А.А. Эрн был приговорен к высшей мере наказания – расстрелу. Но тут произошло чудо. Судьи приняли во внимание, что А.А. Эрн в царское время, работая во Владимирском суде, выступал на судебном процессе  в качестве защитника известного революционера М.В. Фрунзе, и заменили расстрел на 10 лет лишения свободы. Что и говорить – “щедрый” подарок.

   1933 год  

    А вот судьба целой семьи. В Гусь-Хрустальном районе жил и работал крепкий крестьянин Михаил Корнилович Ларин, 1883 года рождения. Три его сына Иван, Андрей и Александр трудились на земле вместе с отцом.

   В 1931 году в их дом пришла беда, М.К.Ларин не выполнил установленного твердого задания по хлебозаготовкам – скуден оказался урожай, – был обвинен в антисоветской деятельности, раскулачен и выслан на 5 лет в Казахстан.

   Ему удалось бежать с места высылки, добраться до родины и остановиться у сыновей, которые, боясь репрессий, покинули деревню и работали в г.Гусь-Хрустальном плотниками.

   В январе 1933 года  вся семья Лариных была арестована. Отец и его сыновья обвинялись в том, что “занимались антисоветской агитацией, порученную работу выполняли негодно, чем вредили нормальному ходу производства”.

   7 июля 1933 года на заседании “тройки” по Ивановской промышленной области Михаил Корнилович Ларин был осужден на три года лишения свободы, а его сыновья Иван, Андрей и Александр высланы на спецпоселение в Западно-Сибирский край. Как дальше сложилась их судьба, в архивном деле сведений нет. Есть решение прокуратуры Владимирской области от 1989 года, которым отец и сыновья Ларины реабилитированы, как безвинно пострадавшие.

   1937 год

   Василий Иванович Серов родился в  1904 году в рабочей семье.  Коренной ленинградец, он с энтузиазмом  воспринял революцию 1917 года. В 1919 году вступил в партию большевиков. Учился и быстро рос. В тридцатые годы судьба забросила его в г. Иваново, работал в партийных органах, в том числе в Ивановском обкоме  и Ярославском горкоме партии. В 1934 году В.И. Серов – секретарь Собинского райкома, а затем Владимирского горкома ВКП(б).

   27 июня 1937 года В.И. Серов был арестован. Следствие продолжалось до октября, его обвинили в том, что “в 1935 году был завербован в антисоветскую террористическую вредительскую организацию правых, существовавшую  в Ивановской области”. 22 октября Военная коллегия Верховного суда СССР на выездной сессии в г. Иванове на закрытом судебном заседании приговорила В.И. Серова к расстрелу, в тот же день приговор был приведен в исполнение.

   Репрессиям подверглась и жена В.И. Серова – Анна Степановна, рабочая , уроженка г. Иванова. Она была арестована в октябре 1937 года и за то, что “являлась женой арестованного врага народа, содействовала его контрреволюционной деятельности”, приговорена к 8 годам лишения свободы. До 1945 года находилась в заключении в Карагандинском лагере Казахстана.

   В пятидесятые годы Василий Иванович и Анна Степановна Серовы были реабилитированы. В то же время несколько бывших сотрудников управления внутренних дел по Ивановской области, принимавшие участие в фальсификации  дела Серова, были осуждены.

   1937 год 

   Ещё одна семейная трагедия.  В конце 1937 года в г. Муроме были арестованы Борис Антонович Нерода, его дочь Александра Борисовна и сын Владимир Борисович. Они были обвинены в том, что “завербованы в агенты японской разведки с целью шпионажа на территории СССР”, осуждены к высшей мере наказания и расстреляны.

   Почему так произошло? На этот вопрос проливает некоторый свет строка из биографии  репрессированных. Борис Антонович Нерода родился в 1878 году в с. Подлипное Конотопского района Черниговской области. Когда ему исполнилось 22 года, он вместе с отцом был выслан в Приамурский край, в Маньчжурию, где царская Россия строила Китайско-Восточную железную дорогу. В г. Харбине (Китай) устроился кондуктором и проработал много лет.

   В 1903 году родилась  дочь Александра, а в 1907 году – сын Владимир. Дети окончили Харбинскую гимназию и тоже работали на железной дороге.

   В России произошла революция, прогремела гражданская война. Китайско-Восточная железная дорога управлялась совместно Китаем и СССР, правопреемником царской России. Так продолжалось до 1935 года, когда наша страна была вынуждена уступить право на дорогу Маньчжурии. Многие  служащие-железнодорожники, выходцы из России, потянулись на Родину, в СССР. Вот тогда Б.А. Нерода с семьей и приехал в г. Муром. Устроились на новом месте, пошли работать: Борис Антонович – строителем, дочь Александра – товарным кассиром ст. Муром, сын Владимир – электромонтером на Муромском паровозоремонтном заводе.

   Недолго семья радовалась возвращению на Родину. Не прошло и двух лет, как в их дом ночью требовательно постучали... Все трое посмертно реабилитированы в наши дни.

   1937 год 

   Николай Васильевич Кротков родился в 1886 году  в селе Большое Давыдовское Суздальского района в семье священнослужителя. Пошел по стопам отца. После революции сразу почувствовал, что храмы  и православие новой власти чужды. В 1929 году Н.В. Кротков был раскулачен, лишился имущества, а семеро его детей, некоторые с семьями, скитались по частным квартирам.

   Сам Н.В. Кротков поселился  в г. Коврове и служил священником Обновленческой церкви села Иваново-Павловское Эсинского сельсовета Ковровского района. 5 ноября 1937 года был  арестован за то, что “на протяжении длительного времени среди населения проводил контрреволюционную агитацию, направленную на срыв мероприятий партии и Советской власти”. В ходе следствия отказался давать какие-либо показания.

   В декабре священник Н.В. Кротков был осужден к высшей мере наказания и расстрелян. Родным и близким сообщили, что он умер в заключении от туберкулеза. Об истинной причине смерти своего отца и месте его захоронения из семерых  детей правду узнала в 1989 году только младшая дочь Елена.

   1938 год 

   Репрессивные органы действовали, как хорошо отлаженная машина. Достаточно было человеку попасть в их поле зрения, судьба его была  предрешена: арест, скорый суд и кара. Вот в подтверждение ещё одно архивное дело.

   В деревне Киржач Киржачского района (в то время Орехово-Зуевский район Московской области) жили крестьяне-середняки Шивогорновы,  работали на земле и за счет этого кормились. Как пожилые, повидавшие на своем веку люди, без энтузиазма восприняли новшества, которые внедряла Советская власть на селе. В этом оказалась их беда.

   4 марта 1938 года были арестованы Сергей Петрович Шивогорнов, 74 лет, его брат Василий Петрович Шивогорнов, 66 лет, а также Елена Васильевна Шивогорнова, 60 лет, и её сын Николай Иванович Шивогорнов, 34 лет. Им было предъявлено обвинение в том, что “являясь враждебно настроенными к Советской власти и ВКП(б), будучи связаны между собой, составляли контрреволюционную кулацкую группу, ставившую себе задачей систематическое проведение среди колхозников д. Киржач контрреволюционной  и правонациональной агитации”.                                

   Следствие по делу продолжалось несколько дней. Через неделю после ареста решением “тройки” при управлении НКВД СССР по Московской области все были приговорены к высшей мере наказания – расстрелу.  А уже 20 марта, т.е. через 16 дней после ареста, приговор был приведен в исполнение.

   18 сентября 1965 года крестьяне Шивогорновы из д.Киржач постановлением президиума Владимирского областного суда реабилитированы за отсутствием состава преступления.

   1938 год

   Константин Федосеевич Гроднер был первым директором Владимирского  грамзавода (ныне “Точмаш”). Он его практически и начал создавать, приспособив к новому производству старый корпус бывшей фабрики “Пионер” и развернув возведение новых помещений.

   Строительство шло тяжело: проект часто менялся, финансирование задерживалось, срок  выпуска первой продукции отодвигался. Это и послужило основанием для обвинения директора в диверсионно-вредительской деятельности. В деле также записано, что “Гроднер вёл шпионскую разведывательную деятельность в пользу Германии, будучи завербованным для шпионской работы в 1932 году во время его работы  в Берлинском Торгпредстве”.

   Последовал арест, а затем длительное следствие, которое отвергло все факты активного участия К.Ф. Гроднера в революционной работе. Он вступил в компартию в 1906 году, участвовал в установлении Советской власти в г. Ельце, в 1918 году встречался с В.И. Лениным, длительное время находился на хозяйственной работе, в том числе в г. Ленинграде, на телефонном заводе “Красная заря”. Человек, посвятивший свою жизнь утверждению нового политического строя, был объявлен врагом народа.

   30 сентября 1938 года в г. Иванове состоялось закрытое судебное заседание выездной сессии Военной коллегии. Оно продолжалось 15 минут. К.Ф. Гроднер виновным себя не признал. Тем не менее суд приговорил его к высшей мере наказания, в тот же день он был расстрелян. Реабилитирован в 1956 году.

   1941 год

   Ростислав Станиславович Савари родился в 1918 году в г. Владимире. Когда началась Великая Отечественная война, был призван в армию, служил рядовым 220-го отдельного строительного батальона 79-й стрелковой дивизии. 24 октября 1941 года был арестован.

   Вот выдержка из обвинительного заключения. Р.С. Савари систематически среди красноармейцев “высказывал пораженческие настроения, восхвалял немецкую армию  и её технику, возводя при этом контрреволюционную клевету на Красную Армию и проводимые мероприятия Советской властью и Коммунистической партией, а также высказывал неверие в сообщения Совинформбюро печати”.

   В марте 1942 года Р.С. Савари был осужден на 10 лет лишения свободы.

   Закрыто очередное дело. А на столе ещё целая стопа папок, из которых в Книгу взяты лишь самые краткие сведения. Жаль, что невозможно рассказать о каждом – столько надуманных  несуразностей, нелепостей, просто вздорной чепухи записано в них в качестве обвинений. Как говорят, даже невооруженным глазом видно, что всё это нагромождение делалось  с одной целью – осудить человека.

   Сейчас необоснованные обвинения сняты, ошибки исправлены, люди реабилитированы, им возвращено доброе имя. Но прошлое вернуть нельзя. Из тысяч невинно осужденных не все дожили до наших дней. Репрессии сломали, искалечили их судьбы, а многим и оборвали жизнь.